В середине 90-ых годов моя дочь Гульнара училась в одном из лучших университетов Турции в Анкаре. Однажды ей позвонил незнакомый мужчина с вопросом:
– Вы из Казахстана, из рода Кожа?
– Да, ну и что? – недоуменно ответила дочь.
– Как же, вы же относитесь к потомкам пророка Мухаммеда! Ваши предки распространяли ислам среди народов Центральной Азии. Мы, турки, высоко чтим великого суфийского мыслителя и проповедника Ходжа Ахмед Яссауи, жившего в территории современного Казахстана почти тысячу лет назад.
Оказалось, что звонил Фахри Кёнен, владелец фирмы ODES LTD, организовавшего турецких почитателей суфийского учения нашего Хазрет Султана в общество Ходжа Ахмеда Яссауи. Они хотели бы узнать о судьбе и жизни казахов из рода кожа в наше время, помогать им в учёбе, в деле налаживании деловых связей, проживания и отдыха в Турции. Фахри, являясь главным редактором, выпускает печатный журнал «Общество Ходжа Ахмеда Яссави».
Журнал общества «Кожа Ахмед Яссави»
Перед возвращением Гульнары домой на каникулы, Фахри дал ей задание найти казахов-кожа в своем городе, собрать побольше сведений о том, как они чувствуют себя, чем живут. Следуя этому наказу, мы с дочкой поискали и нашли несколько семей, познакомились, расспросили их и опубликовали собранный материал в городской газете «Инфо-Цесс». Публикация «Потомки пророка Мухаммеда в Акмоле» вызвала большой интерес у читателей и один из них (русский по национальности, другой веры!) напросился на встречу с нами.
На этом мы не остановились и стали искать своих сородичей в Омской области России. Ведь распространяя ислам, кожа добрались до северных исконно казахских земель. При этом мои предки основали в Тюкалинском районе свой родовой аул Кожа. Но под предлогом нерентабельности советская власть в 60 – 70-ых годах прошлого века расформировала аул и разбросала людей по соседним русским деревням. И вот нам – мне, деду и дочери, – пришлось колесить, искать своих сородичей по всей округе и составлять на память потомкам разросшееся генеалогическое дерево. При этом обнаружились некоторые печальные моменты нашей родовой жизни.
Во-первых, столкнулись с тем, что, вопреки хваленной традиции казахов знать своих предков, родичей аж до седьмого колена – «жети ата», – мы знаем своего деда, можем припомнить имя прадеда и уж в лучшем случае – прапрадеда. Знаем – двоюродных, смутно – троюродных братьев и сестер, а дальше – начинается сплошной туман, пелена! При объезде и опросе своих сородичей нам пришлось столкнуться с тем фактом, что мы напрочь забыли письменно фиксировать и сохранять память о своих предках. В нашей семье запись родословной велась с незапамятных времен, но её в 1933 году во ходе очередной конфискации («кампеске» – по выражению моей бабушки) злобно изъял и забрал в свою контору сотрудник НКВД Кудияров. Лишь в Акмоле одна из бабушек-кожа развернула перед нами длинный, пожелтевший от времени, свиток с именами своих предков.
Шежире рода Нугман-кожа
Во-вторых, куда более удручающим фактом служит то, что вместо призвания быть примером праведной жизни для окружающих, наши родичи-кожа дают примеры обратного порядка. Ведь приверженцы ислама должны избегать всего того, что может нанести ущерб душе и телу: дурной (с точки шариата) пищи, вредных привычек, то есть абсолютного исключения из употребления табака, алкоголя и остальных наркотиков. Запрещены азартные игры.
Лично свидетельствую, что ни отец, ни дед даже насыбай не закладывали себе за губы. Беря пример с меня самого и продолжая семейные традиции, мои потомки также не имеют дурной привычки пить, курить. К сожалению, многие из тех, кто ещё причисляют себя к роду кожа, по своим привычкам и поведению ничем не отличаются от людей, которых они должны по преданию наставлять на путь истинный. Так многие из моего родного аула пьют, курят, а один со временем настолько спился, что забомжевал и потерялся. Даже самые близкие не знают, где он теперь и жив ли вообще. Более того, другой, миссионер по своему происхождению для казахов, сам попался на удочку христианских миссионеров из-за океана и переметнулся в чуждую нам веру в триединого Бога!
В третьих, мы, кожа, прогнулись и смирились с потерей своего аристократического звания «белой кости» в казахском обществе. Правда, я еще успел застать то время (60-70-ые годы), когда меня, молодого парня, скромно усевшегося среди других гостей, выделяли из них – «кожасын, торге шыгып отыр!», и усаживали среди уважаемых аксакалов. Сейчас же мы перестала осознавать и соответствовать своему особому, наравне с чингизидами, положению среди казахов, закрепленного еще в законах «Жети жарги» Тауке хана. Как же так случилось?
Началось это с октябрьского переворота 1917 года в России. Большевики, натравливая бедноту казахского населения на нас, бросили клич: «гоните баев и мулл!». По рассказам бабушки – Куляим, наша семья неоднократно подверглась таким преследованиям. В последний раз это произошло сравнительно недавно – уже после войны, зимой 1947-го года. Отец попал в застенки НКВД и воспользовавшись этим чернь нашего аула бросилась грабить дом «врага народа». Семье (дед, бабушка, маленькие сестры и я – годовалый ребенок на руках матери) удалось спастись бегством в соседний аул.
Вот так сложились времена, когда быть кожа стало опасно и, наверное, поэтому и дед, и отец старались не афишировать перед другими свое происхождение. И вот только бабушка (хотя она совсем из другого рода – бактыбай), с раннего детства неустанно напоминала, внушала мне, что я – кожа, и потому должен строго поддерживать свой потомственный статус, своим поведением, достижениями добиваться высокого положения в обществе. Даже внешне мы должны отличаться от других. Помню, как знакомые отмечали, что бабушка даже в те трудное и голодное время ухитрялась одевать моего отца по моде тех лет как какого-то директора завода или совхоза: костюм из ткани «бостон», белоснежные бурки на ногах, драповое пальто с каракулевым воротником, и шапка из того же каракуля.
Хотя в первый класс русской школы г. Омска я поступил практически не зная русского языка, аттестат об образовании сумел получить уже как крепкий середняк. В российской школе не баловали полноценными знаниями об истории и жизни инородцев, в том числе – казахов, культура которых не заслуживает должного внимания. Но, вопреки таким представлениям и высокомерию, пробилось на свет такое явление как Мухтар Ауэзов – кожа, получивший высшую награду советского государства – Ленинскую премию по литературе, и мировое признание. Даже русский паренек-одноклассник, увидев в моих руках книгу «Путь Абая», понимающе кивнул головой. Сердце наполнялось гордостью, видя памятную доску на стене дореволюционного здания омского Кадетского корпуса, установленной в честь чингизида Шокана Уалиханова, любимца своей бабушки Айганым также из рода кожа.
Еще в молодости я вышел на доктора геолого-минералогических наук, профессора Акжана Машанова, член-корреспондента Академии наук Казахской ССР. Известность этого имени связана не с громкими должностями, научными регалиями, а с долгой и последовательной работой по возвращению наследия великого мыслителя Абу Насыр Мухаммед аль-Фараби казахскому народу. Машанов владел арабским, старотюркским, ивритом и рядом других языков. Это позволило ему первым изучить труды аль-Фараби в первоисточниках и внести огромный вклад в их популяризацию, что стало важным шагом в осмыслении философского прошлого и формировании национального самосознания казахов. Этническая принадлежность мыслителя до сих пор вызывает споры, но в личной беседе со мной Акжан Жаксыбекович утверждал, что аль-Фараби – тоже из рода кожа и потому, как бы то ни было, я назвал своего сына в его честь Мухаммедом. Моего отца по крови звали Сартай, но Ауэзова, Уалиханова и аль-Фараби я уже воспринимал как духовных наставников и они, своим примером воодушевляя, задали мне высокую планку жизни.
Твердо освоенные школьные предметы позволили без проблем поступить в технический вуз. За активность и проявленные способности к научным исследованиям я оказался единственным среди сотен студентов, кого оставили на кафедре российского вуза для продолжения учебы в аспирантуре. Понимая, что путь к научным вершинам будет нелегким, я решил проверить своих силы и устроил для себя испытание – на последнем пятом курсе учебы в пролетарский праздник 1-го мая 1969 года, шагая пешком с 6-ти утра до 9-ти вечера, преодолел путь в 75 км! И целью своей жизни поставил разобраться в том, что такое человек? Ведь еще семь мудрецов Древней Греции на стене храма в Дельфах выбили в камне слова назидания: «Познай самого себя!».
Многие великие умы пытались познать себя: от Платона («человек – двуногое животное, но только без перьев») до Карла Маркса («сущность человека есть совокупность всех общественных отношений»), но безуспешно. Вот как описывает ситуацию основоположник философской антропологии (от греческого (antropos – человек; logos – наука)) Макс Шеллер (1878 – 1928): «Единой же идеи человека у нас нет. Специальные науки, занимающиеся человеком, все возрастающие в своем числе, скорее скрывают сущность человека, чем раскрывают ее». Уже наш современник, академик Абдусамал Гусейнов, будучи директором Института философии Российской академии наук, вынужден был констатировать, что завещание древних мудрецов до сих пор не выполнено: «Самое странное и заслуживающее самого пристального внимания обстоятельство состоит в том, что сегодня о человеке мы знаем вряд ли больше, чем две с половиной тысячи лет назад, когда был сформулирована исследовательская и жизненная установка: «Познай самого себя».
Для раскрытия тайны происхождения человечества мне пришлось взглянуть на проблему гораздо шире и разработать теорию происхождения всей окружающей нас действительности.
Нагуманов К. «Единая теория эволюции природы и общества. Кто мы, откуда и куда». – Астана, 2026. – 230 с.
Результаты своих исследований неоднократно выносил на суд научной общественности как у нас внутри, так и странах ближнего, и дальнего зарубежья. Получены восторженные отклики серьезных ученых. Так, например, на III Международном симпозиуме «Мегаистория и глобальная эволюция» (Москва, 2019) доктор исторических наук, заслуженный профессор МГУ им. М. Ломоносова Юлия Леонидовна Щапова, отнимая и так ограниченное время для своего выступления, сочла необходимым остановиться на моем докладе и предложить: «Для дальнейшего развития теории эволюции Нагуманова нужно подобрать сотрудников, организовать специальный институт и назвать его именем!»
Революционный переворот совершенный нами в науке о человеке состоит в том, что суть человека заключается вовсе не двуногости, безперости или совокупности общественных отношений. И даже не в его разуме, но в способности человека брать из природы блага сверх своих физиологических потребностей. На политэкономическом языке это называется производить и присваивать себе кроме необходимого продукта, то есть «хлеба насущного», еще и избыточный. Как всегда, выводы подлинной науки расходятся с представлениями простого обывателя о смысле жизни, человечности, морали и о многом другом. Только перейдя на научный уровень понимания окружающего мира, начинаешь вникать в обоснованность таких нелицеприятных суждений о людях как: «страшнее человека зверя нет!» или «чем больше узнаю людей, тем больше я люблю собак!».
Свой пример я привожу потому, что мне, воспитанному в духе продолжателей добрых и почитаемых традиций рода кожа, тяжело смотреть на то, как нынешние люди, относящие себя к этому роду, не только не поддерживают и приумножают эти традиции, но и сводят их на нет. Между тем, много веков назад ханы Золотой Орды утвердили ислам в качестве государственной религии. Как утверждают религиоведы, со временем для казахов ислам стал не просто религией, но неотъемлемой частью их духовности, культуры и мировоззрения. На нем строилось Казахское ханство и формировалась идентичность народа. Отрицать это – значит отрицать собственную историю. А народ, утратившую связь со своими корнями, рискует потерять уверенность в будущем. Ведь вера, культура и память – это три основы, на которых держится живая нация. Жизненная необходимость в сохранении и укреплении этих основ все больше осознается нашим обществом и потребовала проведения Международного симпозиума «Золотая Орда как модель степной цивилизации: история, археология, культура, идентичность». На нем Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев прямо заявил о прямой исторической преемственности между современным Казахстаном и Золотой Ордой. Он призвал заново осмыслить и поддерживать, развивать наследие средневековой империи.
Как известно, кичится своим происхождением все равно, что гордиться тем, что родился в понедельник или в пятницу. Особое положение кожа среди казахов придавало не кровь а дух, содержание и историческое предназначение которого состояло в укреплении и поддержании вековых традиций, веры и образа жизни кочевников, позволившие им выжить в непростом окружении других народов и вер. Но вот к власти пришли безбожные большевики и стали насаждать свою коммунистическую идеологию и чуждый нам русский язык, вытравливая из жизни казахов их родной язык и веру.
Сейчас же в нашу жизнь вторгаются миссионеры из-за океана и пытаются завершить то, что не успел сделать соседний нам северный народ и его власть. Когда узнал, что несколько казахов переманили в чуждые нам секты христианской веры, побежал в мечеть к мулле, трубить тревогу, а он в ответ: «Приведи к нам отступников от нашей веры, мы побеседуем с ними?!» Возмущаюсь: «Это же ваша работа, святая обязанность! Что ж вы не можете оторвать свои жирные задницы от теплых мест и выйти на улицу к людям, когда иностранные миссионеры летят даже из-за океана, дальних стран за душами наших людей!». Слушать не хотят, грубо выпроваживают!
Казахи давно уже распределили обязанности: «Дай Старшему Жузу посох и пусть пасет скот, дай Среднему Жузу перо и пусть решает споры, дай Младшему Жузу копье и отправь на врага». Так вот, мы – кожа, – не должны ждать милости от природы и просить власти над душами людей, но должны вспомнить наше предназначение, начать с себя и своими активными действиями по духовному просвещению народа вернуть своё достойное положение в обществе.
